Уважаемые посетители сайта, мы рады вас видеть.

Если вам есть чем поделитьсся с нами, мы можем разместить ваши произведения на нашем сайте. Для этого достаточно прислать ваше произведение к нам через форму обратной связи.

Тели и его сыновья

Жил-был старик тели. Было у него пять сыновей. Всех их он женил, и жили они все вместе одним хозяйством. Времени уж много прошло, а старик и старуха о том, чтобы сыновей отделить, ни словом не обмолвятся.

Так, одним домом живя, сыновья и детей завели. Тут-то невестки и потеряли покой, стали мужьям досаждать.

- Подите, - говорят, - к отцу-матери. Спросите, доколе они вас будут в одном доме держать. Неужто не отделят, неужто нам так вместе и жить? Подите, потолкуйте об этом с отцом и с матерью.

Братья спрашивают:

- Что, вам вместе жить надоело, раз говорите такое?

- Да, - отвечают. - И надоело и не надоело. Вечно мы, что ли, одним домом жить будем?

- Ладно, мы с ними поговорим, - сказали братья.

И вправду вечером, как все собрались, братья это дело и вспомнили. Говорят отцу:

- Батюшка, нас одно дело заботит. Надо бы нам тебе про это сказать. Выслушай нас.

- Какое у вас дело, сынки? - спрашивает отец. - Скажите мне.

Сыновья отвечают:

- Может, это дело хорошее, может - плохое. Надо тебе сперва об этом услышать.

- Я слушаю, - говорит. - Вы скажите.

- Да это безделица, - говорят сыновья. - Просто мы хотим отделиться. Доколе нам вместе жить? Отделишь нас? Тогда они смогут готовить отдельно - каждая для своих ребятишек. Вот что нас заботит. Дело невесть какое. Подумай об этом.

Отец их и спрашивает:

- А что, сынки, досыта вы едите у матери или нет?

- Конечно, - говорят. - Мы всем довольны.

- А зачем вы тогда такие речи ведете?

- Значит, не надо было нам говорить? - спрашивают они. - Ты ведь сам и не думаешь, чтобы нас отделить, вот нам и пришлось о том речь завести. Неужто мы порознь себе не добудем, что надо в хозяйстве? Потому мы об этом и речь завели. Хотим мы услышать, что ты нам скажешь.

- Да, сынки, мне все понятно, - отвечает отец. - Женам вашим, сынки, не все достается, чего им хочется. А все равно не стану я вас отделять.

Сказал он им так, на том и кончился разговор. Прошло пять дней или шесть, и снова они завели речь о том, чтобы им отделиться. Старик им говорит:

- Ладно, сынки. Думаете, радость большая отдельно жить. Тащите-ка мне сюда хороший чурбан, высотой локтя в два и в полный обхват толщиной. Я сперва вас на нем испытаю, тогда и отделяйтесь. А не выдержите пробу - я вас не отделю.

Тут они и вправду притащили такой чурбан.

- Вот, - говорят, - мы принесли.

- Ну, - говорит отец. - Посмотрю я, сколько у вас силы, у каждого. Сумеете сломать пополам этот чурбан - я вас разделю, не сумеете сломать - не стану делить.

- Эй, ребята! - кричат они. - Надо топор принести. Мы его живо разделаем.

- Нет, - говорит им отец. - Вы сперва так, руками, его сломать попробуйте: гните, крутите, бейте, стучите - что хотите с ним делайте. Не выйдет, тогда я вам сам велю топор в дело пустить.

Тут и впрямь они, один за другим, начали со всех сил стараться его разломать. Только, как ни силились, ни одному не удалось с ним управиться. Помучились и отступились - что им еще оставалось?

- Ну, сынки, - спрашивает отец. - Вышло у вас или нет?

- Нам с этим не справиться, - отвечают. Тогда отец им говорит:

- Вас ведь пятеро, а если меня сосчитать, нас шестеро будет. Вот вы теперь и расколите его на шесть плах.

Сказать правду, раскололи они чурбан на шесть плах, и он разделил промеж них эти плахи - каждому дал по одной, а одну взял себе, - а потом говорит:

- Теперь - за них. Попробуйте их сломать. Как думаете, сломаете их или нет?

- Ишь, - отвечают, - чего там ломать-то? Поначалу ты нам чурбан сломать приказал, так разве такую здоровую штуку сломаешь? А с этим мы мигом справимся.

- Ну вот, - говорит он. - Ломайте.

Тут они разом каждый свою плаху переломили. Тогда отец им говорит:

- Ну, сынки, я велел вам сломать этот чурбан. Что-нибудь вы уразумели?

- Чего-то нам не понять, что ты показывал, - отвечают они. - К чему бы все это? Куда бы ни шло, отдели нас. Ничего мы не знаем: ни толку, ни смысла. Неучи мы, дураки, олухи деревенские. Мы хотим, чтобы ты нас отделил, - вот и все, что мы знаем.

- Сынки, - говорит им отец, - раз вы сами не поняли, какой смысл в этом чурбане, я вам скажу. Вот что поймите: сами видели, пока вы его не раскололи, никому из вас его не сломать было, а как раскололи на плахи, тут вы их без труда поломали. Так и мы вроде такого чурбана, пока живем вместе - и добра у нас много. А если мы нынче разделимся, все добро промеж нас разойдется; вы его спустите и останетесь голыми. Поглядите, по счастливой судьбе, достаток нынче гостит в нашем доме - вот чего вы не хотите понять. И смотрите еще: когда все мы, отец и сыновья, держимся вместе, пусть наши недруги и недоброжелатели ссорятся с нами - мы их всегда одолеем. А если разделимся, разве мы сможем их одолеть? Они сгубят нас одного за другим. Поразмыслите хорошенько над этим, правильно я говорю или нет.

- Это верно, все, что ты говоришь, - отвечают они. - Мы верим, попусту ты не скажешь. Только дай нам жить своими домами. Ведь все равно мы все останемся здесь. А если не выделишь нам доли в хозяйстве, подели хоть горшки - мы себе сами будем готовить зелень и овощи.

Огорчился отец и сказал сам себе: «Что за напасть. Эти мальчишки совсем одурели. Сколько значения в том, что я им рассказывал, а им не понять. Ладно, я их отделю. Если дать им только горшки, что люди скажут! Начнут говорить про меня: "Этот старик - скупердяй. Столько добра накопил, а сыновей пустил хозяйничать с пустыми руками. Ну и скаредный же старикан". Вот что все начнут говорить. Ладно, будь что будет. Захотят они брать или нет, а я все, что у меня есть, поровну поделю и дам каждому его долю».

Решил он так, разделил все свое добро на равные доли и отдал им, а они, все до единого, взяли, что им пришлось.

Жили они так сколько-то лет, - а сколько, кто его знает, - и обеднели. Не стало у них ни пищи в достатке, ни одежды, зато заботы хватало. И у стариков, отца с матерью, не стало достатка, чтобы себя прокормить.

Вот раз отец позвал своих сыновей и их жен - всех их вместе - и говорит:

- Ну, сынки, уразумели вы, какое дело? Каково нам нынче приходится? Плохо, когда не слушают стариков. Глядите, вы слушали, что жены вам говорили, вот мы и дошли до такой жизни. Пораскиньте теперь умом и поймите, что это значит. А я дам вам загадку, вы мне ее разгадайте.

И задал он им такую загадку:

- Вот загадка, коршун, коршун. Четыре колодца - три пустых, один с водой. Нальешь из него воды в три других - и все полные будут. А если этот пустой, а другие полные, сколько из них в него ни лей - не наполнишь. Ну, что это значит? Скажите.

Задумались сыновья, втупик стали. Сидят и головы опустили. Отец им говорит:

- Ну скорей. Отвечайте. Потом сказал:

- Раз не говорите, так слушайте. Я вам скажу, что это значит, какие это колодцы. Было у человека три сына. Покуда они не отделились, отец всем в семье помогал. А как отделил их старик, дал каждому свое хозяйство, сам в жестокой нужде оказался, хоть и было у него трое сыновей. Пока росли сыновья, он им животы наполнял - совсем как те колодцы. А сыновья, как отделились, так отца одного прокормить не смогли. Дело-то в чем: ни один сын отцу и кашицы не принес, вот и пришлось ему горькие слова говорить. Точно так, смотрите, и я: худо ли, хорошо, а вас вырастил. Голода знать вам не давал. А как выделил я вам хозяйство, никто из вас мне и кашицы не дал. Поняли теперь, что это значит?

Стыдно стало тогда сыновьям. Соединились они снова в одно хозяйство и сказали:

- Покуда живы мать и отец, никто из нас не отделится. Как не станет их, так и посмотрим, а пока они живы, будем жить вместе.

Вот какая сказка. Пришел ей конец. Все тут.