Сказка о Лаке и Паке

Жил-был Пак со своей женой Лак. Была у них взрослая дочь - красоты у нее хватало, а ума не хватало.

Соседи увидели красавицу и рассказали всем о ней. По этому слуху однажды пришли в дом Лака и Пака сваты.

- Дочка,- сказала Лак,- тебя сватать пришли, скорее иди и принеси кувшин воды из хауза и поставь кипятить! Да побыстрей это сделай, чтоб понравиться сватам, чтоб они видели, какая ты проворная.

Дочь взяла кувшин и побежала к хаузу, но, зачерпнув воды, она вдруг задумалась: «Если я понравлюсь сватам, будет свадьба. Потом народится у меня сыночек, подрастет, и я с ним приду в гости к своим родителям, а мать моя скажет: «Душечка внучек, ты уже стал помощником, иди принеси водички, поставим чай кипятить!» Мое дитятко пойдет к хаузу, и только наклонится за водой, ноги у него поскользнутся, он упадет в воду и утонет... Что я тогда буду делать? Что скажу его отцу? О я, несчастная!!!» - и, сидя у хауза, она подняла такой крик и плач, что слезы ее потекли шестью ручьями...

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак!

- Где же чай? - спросил Пак.

- Дочь наша пошла за водой, но что-то о ней ни слуху, ни духу... Еще прошло немного времени.

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак!

- Пришла ли наша дочь? - спросил Пак.

- Не пришла еще! - ответила Лак.

- Иди узнай, что с ней! - велел Пак.

Лак встала и пошла к хаузу. Пришла она и увидела, что дочь сидит у хауза и ручьями льет слезы.

- Эй, дочка, что же стало с твоей водой? Ой, что же ты сидишь и плачешь?

- Ох, мамаша, и не спрашивай! - сказала дочь. - Вот я сижу и думаю о том, что вдруг понравлюсь я сватам, будет свадьба, потом народится у меня сыночек, подрастет, и я с ним приду к вам в гости, а вы скажете: «Душечка внучек, ты уже стал помощником, иди принеси водички, поставим чай кипятить!» - и пошлете его к хаузу. Мое дитятко пойдет к хаузу, и только наклонится за водой, ноги у него поскользнутся, он упадет в воду и утонет... Что я тогда буду делать? Что скажу его отцу? О я, несчастная!!!

- Ой, да буду я жертвой твоего ума! - воскликнула Лак и, присев рядом с дочерью, тоже начала плакать.

Пак подождал немного - о дочери и о жене ничего не было слышно. Он подождал еще немножко - опять ничего не слышно. «Ох, что же с ними случилось?» - сказал Пак и сам пошел к хаузу. Подошел он и увидел, что обе они сидят у хауза и горько плачут.

- Эй, что случилось? Отчего вы так плачете? - спросил Пак.

- Ой, дорогой Пак,- сказала Лак,- посмотри-ка ты на нашу умницу, о, да буду я жертвой ее ума!

- А ну-ка, что она говорит? - спросил Пак.

- Она говорит, что если она понравится сватам, будет свадьба. Потом народится у нее сыночек, подрастет, и она с ним придет к нам в гости, а я скажу: «Душечка внучек, ты уже стал помощником, иди принеси водички, поставим чай кипятить!» Ее дитятко пойдет к хаузу, и только наклонится за водой, ноги у него поскользнутся, он упадет в воду и утонет... Что, говорит, тогда я буду делать? Что скажу его отцу?

- О, и я буду жертвой твоего ума! - сказал Пак и, присев рядом с ними, тоже стал горько плакать.

Так родители с дочкой сидели у того хауза и проливали горькие слезы. Плач и рыдания хозяев дома услышали сваты.

- Что случилось? - воскликнули они и побежали к хаузу. Прибежали они и увидели, что сидят родители с дочкой у хауза и навзрыд плачут.

- Что случилось? - спросили сваты.

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак!

- Скажи им, что говорит наша умная дочка!

- О, дорогие гости! - начала Лак. - Наша умная дочка говорит: «Вдруг я понравлюсь сватам, будет свадьба, потом народится у меня сыночек, подрастет, и я с ним приду к вам в гости, а вы скажете: «Душечка внучек, ты уже стал помощником, иди принеси водички, поставим чай кипятить!» - и мы пошлем его к хаузу. Ее дитятко подойдет к хаузу, и только наклонится за водой, ноги у него поскользнутся, он упадет в воду и утонет... Что, говорит, я тогда буду делать? Что скажу его отцу?

Сваты услышали это и сказали:

- И на самом деле у этой девушки и красоты и ума достаточно! -И они сосватали дочку Лака и Пака, увезли ее с собой и устроили свадьбу.

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак!

- Пойдем посмотрим, как живет наша дочка,- сказал Пак.

- Хорошо,- сказала Лак,- только вы, Пак, сходите и купите фунт масла, нажарим блюдо пирожков, тогда и пойдем.

Пак взял пиалу и пошел к продавцу масла. Продавец взвесил фунт масла и налил в пиалу Пака. Пиала наполнилась, и еще немного масла осталось.

- Немного вашего масла осталось, что мне с ним делать? - спросил продавец.

- Вот, вылейте сюда! - сказал Паки, перевернув пиалу, подставил ему донышко.

Масло на донышке пиалы Пак принес домой.

- Пак, Пак!

- Что, дорогая Лак!

- Ведь вы же мало принесли масла! - сказала Лак.

- Нет, не мало! Есть еще и в пиале! - ответил Пак.

Лак захотела посмотреть, что в пиале, и перевернула ее. Чуточка масла с донышка также пролилась на землю.

Лак и Пак посоветовались и решили, что без масла пирожки не изжаришь и что они понесут узелок горячих лепешек.

- Пак, тогда, пока я замешу тесто, вы раскалите печку-танур! -сказала Лак.

Пак принес дров, заглянул в печку-танур и увидел, что она красная-красная. А печка была красной от лучей солнца.

«Она ведь уже раскалена?» - подумал Пак, пошел и преспокойно уснул.

Вот Лак накатала лепешек и поднесла их к тануру. Смотрит - он накаленный докрасна. Она налепила на под танура лепешки.

Пришел Пак. Сидят и смотрят Лак и Пак на лепешки, а они не румянятся. Час смотрят, два смотрят - а они все не румянятся.

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак!

- Неужели так и будем сидеть да смотреть? Давай выроем танур, возьмем его на плечи и пойдем - лепешки по дороге и испекутся!

Увидели родственники зятя, что идут отец с матерью невестки и несут на плечах печку-танур, побежали они им навстречу, сняли печку и поставили ее в сторону, а гостей ввели в дом и хорошо угостили.

Наступила ночь. Лаку и Паку постелили постель в одной комнате. Они лежали и осматривали комнату.

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак!

- Посмотри-ка на стену, всюду она потрескалась.

- Пересохла, вот и потрескалась! - сказала Лак. - Бедная наша дочка, не догадалась помазать ее маслом. Тогда она бы не пересохла.

- Ну тогда давай сами вымажем ее маслом! - предложил Пак.

Лак и Пак поднялись, нашли на полке кусок масла и вымазали им всю стену. «Ну, сделали мы это дело, теперь будем спать!» -сказали они, но в это время Пак увидел в чуланчике два кувшина.

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак?

- Неправду ты говоришь, что наша дочь глупая! Посмотри-ка, какая она умница; родители пришли издалека и все пропылились, пусть покупаются! - вот, видишь, она приготовила для нас две корчажки воды.

Лак и Пак начали купаться.

- Ах, какая сладкая вода! - сказал Пак.

- Видно, вода в этих местах сладкая! - откликнулась Лак.

Но была это не вода, а виноградная патока. Лак и Пак выкупались в патоке и легли в свои постели спать.

Занялась заря, забрезжил рассвет, взошло солнце. Хозяева дома разостлали во дворе ковер, расстелили по краям одеяла, развернули дастархон, приготовили чай и сидели, поджидая гостей. Но Лак и Пак никак не вставали. Хозяева были вынуждены войти в комнату и увидели, что гости прилипли к одеялам и не могут пошевельнуться.

- Эх,- сказали хозяева,- мы думали, что только дочь у них глупая,- оказывается, родители еще глупее!

Однажды родственники дочери Лака и Пака ушли далеко в гости. Дочь одна осталась в доме мужа. Встав утром с постели, она не захотела умываться и так, с неумытым лицом, взяла хлеб и стала есть.

Вдруг она заметила, что теленочек высунул голову из хлева и промычал: «Ба-а».

«Ох, окаянный, увидел-таки, что я неумытая ем хлеб! Теперь расскажет всем об этом и опозорит меня! Что же мне делать?» - подумала дочь и побежала домой к родителям.

- Лак, Лак!

- Что, дорогой Пак!

- И действительно, у дочки получилось неважно! - сказал Пак. - Ну, ладно, доченька, не печалься, эта беда поправима. Мы пойдем к судье и подадим ему прошение, чтоб он запретил рассказывать об этом людям.

Лак и Пак со своей дочерью пришли к судье.

- Это зависит не только от меня,- сказал судья, смеясь про себя над этими глупцами,- если, например, я запрещу говорить об этом у себя в городе, то по всей стране это запретить не могу! Это зависит только от падишаха, идите к нему!

Лак и Пак со своей дочкой пришли к падишаху. Он выслушал их и повелел: «Запретить кому-либо рассказывать о завтраке неумытой дочери Лака и Пака!» Глашатаи объявили об этом приказе падишаха по всей стране.