Гудзенко Семён Петрович

Написано много о ревности,

о верности, о неверности.

О том, что встречаются двое,

а третий тоскует в походе.

Мы ночью ворвались в Одоев,

…

Так

  в блиндаже хранят уют

коптилки керосиновой.

Так

  дыхание берегут,

когда ползут сквозь минный вой.

Так

  раненые кровь хранят,

руками сжав культяпки …

Все в Карпатах меняется к лучшему, -

посмотри,

как по горному, по сыпучему

вверх по склону идут трудари,

валят наземь дубы могучие,

будто косят траву …

Хлеб и соль я поберег -

далека дорога.

Нужно вдоль и поперек

этот край пройти.

Я не пожалею ног -

стран таких немного.

Можно …

Каждый танец на "бис" раза по три

был исполнен с веселым огнем.

...Премирована рота на смотре

патефоном в чехле голубом.

И в казарме за …

Как без вести пропавших ждут,

меня ждала жена.

То есть надежда,

то слеза

без спросу упадет.

Давно уж кончилась война,

и не моя вина,

Лесорубы пням обрубают лапы

и корчуют культяпки

из мерзлой земли.

И тягач, подминая ухабы,

в белом облаке,

в снежной пыли

по делянке лениво кружит:

Карпатские дубы

в листве бледно-зеленой,

как будто бы столбы,

как будто бы колонны...

Шершавая кора

под мхом голубоватым,

в зарубках топора -

Осколки голубого сплава

Валяются в сухом песке.

Здесь всё:

     и боевая слава

И струйка крови на виске...

Из боя выходила рота,

Мы …

Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого б не жалели.

Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом, чисты.

На живых порыжели от крови и глины шинели,

Мы не от старости умрем, -

от старых ран умрем.

Так разливай по кружкам ром,

трофейный рыжий ром!

В нем горечь, хмель и аромат

На снегу белизны госпитальной

умирал военврач, умирал военврач.

Ты не плачь о нем, девушка, в городе дальнем,

о своем ненаглядном, о милом не плачь.

…

- Пожалуй, не стоит вертаться.

Давай заночуем в горах.

Не хочется мне расставаться,

прощаться с тобой второпях.

Давай заночуем в Карпатах,

под звездами ночь проведем,

У могилы святой

встань на колени.

Здесь лежит человек

твоего поколенья.

Ни крестов, ни цветов,

не полощутся флаги.

Серебрится кусок

алюминьевой …

Такое небо!

        Из окна

посмотришь черными глазами,

и выест их голубизна

и переполнит небесами.

Отвыкнуть можно от небес,

глядеть с проклятьем

…

Осень скачет сквозь ненастье

на поджаром иноходце.

Иноходец рыжей масти,

грива в легкой позолотце.

Там, где соляные копи,

где тропинка круто вьется,

осень

…