Стареем, брат, ты говоришь?
Вон кончен он, недлинный
Старинный рейс Москва-Париж, -
Теперь уже - старинный.
И наменяли стюардесс
И там и здесь, и там и здесь -
И у французов, и у нас, -
Но козырь - черва и сейчас!
Стареют все - и ловелас,
И Дон Жуан, и Греи.
И не садятся в первый класс
Сбежавшие евреи.
Стюардов больше не берут,
А отбирают - и в Бейрут.
Никто теперь не полетит:
Что там - Бог знает и простит...
Стареем, брат, седеем, брат, -
Дела идут, как в Польше.
Уже из Токио летят
Одиннадцать, не больше.
Уже в Париже неуют:
Уже и там витрины бьют,
Уже и там давно не рай,
А как везде - передний край.
Стареем, брат, - а старикам
Здоровье кто утроит?
А с элеронами рукам
Работать и не стоит.
И отправляют нас, седых,
На отдых - то есть, бьют под дых!
И все же этот фюзеляж -
Пока что наш, пока что наш...
Между 1973 и 1978