Думы (Я снова здесь...)

Я снова здесь, под сенью крова,

Где знала столько тихих грез:

И шепот слушаю я снова

Знакомых кедров и берез;

И, как прошедшею весною,

Несутся вновь издалека

Над их зыбучей головою

За облаками облака.

 

И вы опять несетесь мимо,

О тени лучших снов моих!

Опять в уста неотразимо

Играющий ложится стих;

Опять утихнувших волнений

Струя живая бьет в груди,

И много дум и вдохновений,

И много песен впереди!

 

Свершу ли их? Пойду ли смело,

Куда мне бог судил идти?

Увы! окрестность опустела,

Отзывы смолкли на пути.

Не вовремя стихов причуда,

Исчез поэтов хоровод,

И ветер русский ниоткуда

Волшебных звуков не несет.

 

Пришлось молчать мечтам заветным;

Зачем тому, кто духом нищ,

Тревожить ныне словом тщетным

Безмолвный мир святых кладбищ!..

 

С Гиреевом, подмосковным дачным местом (в 40-е гг. Павловы жили там летом), связаны у Павловой воспоминания о встречах с Н.М. Языковым и Е.А. Баратынским, которым она отправляла отсюда послания (Языкову: «Приветствована вновь поэтом...», 1842; Баратынскому: «Случилося, что в край далекий...», 1842). В последних стихах «Думы» речь идет о рано умерших Пушкине, Лермонтове, Языкове.

 

Июнь 1847