Мани - факел - фарес

В диадиме и порфире,

Прославляемый как бог,

И как бог единый в мире,

Весь собой, на пышном пире,

Наполняющий чертог -

 

Вавилона, Ниневии

Царь за брашной возлежит.

Что же смолкли вдруг витии?

Смолкли звуки мусикии?..

С ложа царь вскочил - глядит -

 

Словно светом просквозила

Наверху пред ним стена,

Кисть руки по ней ходила

И огнем на ней чертила

Странной формы письмена.

 

И при каждом начертанье

Блеск их ярче и сильней,

И, как в солнечном сиянье,

Тусклым кажется мерцанье

Пирных тысячи огней.

 

Поборов оцепененье,

Вопрошает царь волхвов,

Но волхвов бессильно рвенье,

Не дается им значенье

На стене горящих слов.

 

Вопрошает Даниила, -

И вещает Даниил:

«В боге - крепость царств и сила;

Длань его тебе вручила

Власть, и им ты силен был;

 

Над царями воцарился,

Страх и трепет был земли, -

Но собою ты надмился,

Сам себе ты поклонился,

И твой час пришел. Внемли:

 

Эти вещие три слова...»

Нет, о Муза, нет! постой!

Что ты снова их и снова

Так жестоко, так сурово

Выдвигаешь предо мной!

 

Что твердишь: «О горе! горе!

В суете погрязший век!

Без руля, на бурном море,

Сам с собою в вечном споре,

Чем гордишься, человек?

 

В буйстве мнящий быти богом,

Сам же сын его чудес -

Иль не зришь, в киченьи многом,

Над своим уж ты порогом

Слов: мани - факел - фарес!..»

 

1888