Мы шли ...

Мы шли молчаливой толпою, -

Прощайте, родные места! -

И беженской нашей слезою

Дорога была залита.

 

Вздымалось над селами пламя,

Вдали грохотали бои,

И птицы летели над нами,

Покинув гнездовья свои.

 

Зверье по лесам и болотам

Бежало, почуяв войну, -

Видать, и ему неохота

Остаться в фашистском плену.

 

Мы шли... В узелки завязали

По горстке родимой земли,

И всю б ее, кажется, взяли,

Но всю ее взять не могли.

 

И в горестный час расставанья,

Среди обожженных полей,

Сурово свои заклинанья

Шептали старухи над ней:

 

- За кровь, за разбой, за пожары,

За долгие ночи без сна

Пусть самою лютою карой

Врагов покарает она!

 

Пусть высохнут листья и травы,

Где ступит нога палачей,

И пусть не водою - отравой

Наполнится каждый ручей.

 

Пусть ворон - зловещая птица -

Клюет людоедам глаза,

Пусть в огненный дождь превратится

Горючая наша слеза.

 

Пусть ветер железного мщенья

Насильника в бездну сметет,

Пусть ищет насильник спасенья,

И пусть он его не найдет

 

И страшною казнью казнится,

Каменья грызя взаперти...

 

Мы верили - суд совершится.

И легче нам было идти.

 

1942