Все вижу . . .

Все вижу.

Твой немой укор...

Ты смотришь,

Будто ждешь ответа:

Где живость,

Где горящий взор,

Где озарение поэта?

Глаза тусклы,

Почти что злы,

Как у пропойцы до загула.

О, ужас!

На плебейских скулах

Застыли желваков узлы.

Ты думала:

Неотразимый.

Ни в чем не знавшая потерь,

Ты думала,

Что я красивый.

Не отворачивайся.

Верь.

Красивы мы,

Светлей, чем зимы,

Иконописнее, чем Спас.

В том и беда,

Что мы красивы,

Когда никто

Не видит нас.

И кровь кипит,

Душа парит.

В ней, чуткой,

Все находит отклик.

Как у идущего на подвиг,

Лицо отвагою горит.

Но вот погасло вдохновенье,

И, к людям открывая дверь,

Мы вновь темны,

Мы снова тени

Самих себя...

Как я теперь.