Мир сказок
Мир сказок

На главную - Румынские сказки - Фэт-Фрумос Золотые Кудри

Фэт-Фрумос Золотые Кудри

Было однажды, чего не бывало дважды, а кабы не было, мы бы не видали, прежде нас появились сказки, а при нас появились небылицы: как блошка подковала себе ножки, извела она железа горы, а пятки остались голы, прянула под облака и все хвасталась, что легка; кто нам веры не ймет, сам без меры врет. Жил в глухой пустыне отшельник один-одинешенек, в соседстве с лесными зверями. И такой он был праведный, что всякий зверь, повстречавшись с ним, ему кланялся. Однажды пошел пустынник на берег реки, которая протекала неподалеку от его хижины, и вдруг видит: плывет по воде ящик засмоленный, а из него плач слышится. Постоял он в раздумье, проговорил молитвенные слова, потом зашел в воду и шестом подогнал ящик к берегу. Открыл его - и что же там видит? Дитя месяцев двух. Вынул он его из ящика, и, только взял на руки, младенец замолчал. На шее у младенца была подвязана ладанка. И когда снял пустынник ладанку, то увидел внутри письмо. Прочитал он его и узнал, что младенец тот рожден царской дочерью, не миновали и ее житейские волны, и, страшась родительского гнева, решила она избавиться от дитяти, положила его в ящик и пустила по реке, предоставив воле Божьей.

Пустынник всей душой желал вырастить дитя, которое ему Бог послал, но как подумал, что нечем его кормить-поить, и так начал плакать, просто удержу нет. Стал он на колени и помолился Господу. И, о чудо великое! Вдруг в углу хижины пустила ростки виноградная лоза, росла, росла и поднялась под самую кровлю. Пустынник оглядел ее и увидел па ней грозди, одни - совсем спелые, другие соком наливаются, какие еще незрелые, а какие только в цвету. Сорвал он ягоды, дал младенцу, и когда увидел, что тот ест, обрадовался всем сердцем и возблагодарил Господа. Так и кормился младенец виноградным соком, пока не подрос и не стал есть все.

А когда он уже юношей был, пустынник научил его грамоте, собирать коренья съедобные и охотиться.

Но вот однажды призывает пустынник юношу и говорит ему:

- Сын мой, чувствую я, слабеют мои силы, стар я, ты и сам видишь. Так вот, знай, что через три дня я отойду в иной мир. Я не родной твой отец, нашел я тебя на реке. А попал ты туда по воле матери, положила она тебя в ящик и пустила в реку, хотела скрыть свое бесчестье, хоть и царская дочь. Если я засну вечным сном, а распознаешь ты это по тому, как охладеет и оцепенеет мое тело, тогда придет лев. Не страшись его, дорогой сынок, лев выроет мне могилу, а ты засыплешь меня землей. В наследство могу завещать одну только конскую уздечку. А когда останешься один, влезь на чердак, возьми уздечку, встряхни ее, и на тот зов тотчас явится конь, он тебя и научит, что дальше делать.

Как сказал старец, так и случилось. На третий день простился пустынник со своим названым сыном, лег и заснул вечным сном. Тогда сразу же явился лев, такой грозный, просто беда! Подошел он с рычанием и, как увидел мертвого старца, вырыл ему когтями могилу, а сын совершил погребение и потом проплакал на могиле три дня и три ночи. На четвертый день голод напомнил ему о том, что жить надо. Встал он с могилы, сокрушенный горем, подошел к виноградной лозе и, увидев, что она высохла, запечалился. Тут он вспомнил слова старца, пошел на чердак, нашел уздечку и встряхнул ее. Сразу явился крылатый конь, стал перед ним и проговорил:

- Что велишь, хозяин?

Юноша рассказал коню про смерть старца все в точности, как было, потом говорит:

- Осиротел я теперь, дал мне Бог отца, и нет его в живых. Оставайся хоть ты со мной, только давай уедем в другое место и там построим себе хижину, а то здесь, у могилы, мне все чего-то плакать хочется.

Но конь ему на это ответил:

- Нет, хозяин, мы с тобой поедем жить к людям.

Юноша спрашивает его:

- А разве, кроме нас с отцом, есть еще люди? И мы станем с ними жить?

- Непременно,- ответил конь.

- Если так, почему же они здесь не бывают? - спросил опять юноша.

- Незачем им здесь бывать,- отвечает конь.- Это мы должны к ним отправиться.

- Тогда едем! - обрадовался юноша.

А когда конь сказал ему, что надо будет одеться, потому что люди не ходят, как он, голыми, юноша призадумался. Велел ему конь всунуть руку в левое его ухо. Вытащил юноша оттуда платье, попробовал надеть, да, к досаде своей, не знал, как его надевают. Однако конь помог ему, юноша оделся, сел верхом на коня и поехал. Вот прибыл он в ближний город и увидел множество людей, снуют они взад-вперед. Оробел юноша от сутолоки и все ходил с опаской, удивлялся красоте домов и всему, что видел вокруг. Но приметил, что во всем там есть свой порядок. А конь в ободрение ему сказал:

- Видишь, хозяин, здесь всяк к делу приставлен, надо и тебе свою долю искать.

Побыл он там несколько дней, с людьми осваивался, привык к городской жизни, потом пустился в путь на своем коне. Ехал-ехал, пока не достиг царства волшебниц. Прибыл к волшебницам, которых числом было три, и стал проситься к ним в работники - так ему конь посоветовал.

Волшебницы сначала не хотели брать его в услужение, но потом уступили его просьбам и приняли.

Конь часто проведывал своего хозяина и однажды открыл ему, что в одном из покоев у волшебниц есть купальня, где в назначенный день раз в несколько лет течет золото, и кто в нем первый искупается, у того волосы станут золотыми. И еще сказал ему, что где-то в покоях, в сундуке у волшебниц, припрятан узел с тремя платьями, который они пуще глаза берегут. Запомнил он это, а всякий раз, когда доставалось какое трудное дело, звал коня, и тот наставлял его.

Волшебницы позволили работнику по всем покоям ходить, убирать, подметать, только в купальню заходить не велели.

Но как-то раз, когда они отлучились из дому, зашел он туда и усмотрел все, о чем говорил конь. Приметил и узел с платьями, припрятанный в сундуке.

Однажды отправились они в гости к другим волшебницам, но не забыли наказать работнику, чтобы в ту самую минуту, как заслышит он шум в покоях с купальней, пусть сорвет с крыши дранку, подаст, значит, им весть, они сразу же и вернутся. Волшебницы знали, что скоро потечет золотая вода.

Сын пустынника дождался того часа и, когда увидел такое чудо, не медля позвал коня. Конь велел ему выкупаться, он так и сделал. И стал он теперь Фэт-Фрумос Золотые Кудри. Вышел он из купальни, захватил с собой узел с платьями и пустился во всю прыть верхом на крылатом коне. И полетел конь пуще ветра, быстрее мысли. А когда миновали ворота, по всем покоям, дворцу и саду раздался такой стук да гром, что даже волшебницы услыхали и сразу вернулись домой. Как увидели, что платьев на месте нет и работник пропал, погнались за ним по пятам, а когда уже совсем настигали, очутился он вне их владений и тут остановился. Волшебницы видят, что он ускользнул от них, обозлились, что не смогли поймать его, и говорят:

- Ах ты разбойник, как же это ты нас обманул? Покажи хоть свои волосы!

Когда распустил он кудри по плечам, позавидовали волшебницы и сказали:

- Таких прекрасных кудрей мы еще никогда не видали. Ну прощай, коль так, только смилуйся, верни нам платья!

Но Фэт-Фрумос не послушался, оставил их себе вместо платы, что ему полагалась за службу.

Отсюда поехал он в город, надел на голову коровий пузырь и пошел просить царского садовника, чтобы тот взял его в работники в царском саду. Садовник сначала и слушать не хотел, но после долгих просьб принял, заставил его землю копать, воду носить, цветы поливать, научил деревья окапывать и пропалывать клумбы. Фэт-Фрумос мотал на ус все, чему обучал его садовник.

У тамошнего царя было три дочери, но так он захлопотался за царскими делами, что совсем забыл о дочерях и о том, что их замуж выдавать пора.

Вот в один прекрасный день старшая его дочь сговорилась со своими сестрами, что все они принесут по дыне к царскому столу, а дыни она сама уже выбрала. Когда царь сел за стол, пришли и дочери, каждая несла дыню на золотом подносе, и поставили их перед царем.

Удивился царь и созвал царский совет разгадать, что же это за притча. И вот собрался царский совет, разрезали дыни и увидели, что одна чуть-чуть перезрела, другая спелая, в самый раз есть, а третья еще зеленая. Тут они и сказали царю:

- Государь, много лет тебе здравствовать, притча эта означает возраст дочерей твоего величества, пришло им время жить своим домом.

Тогда решил царь выдать их замуж. Полетели гонцы ео все концы с вестью о царском решении, и на другой день стали съезжаться сваты от разных царевичей и боярских сыновей.

А после того, как старшая дочь выбрала себе в женихи одного царевича, который показался ей самым красивым, сыграли богатую царскую свадьбу. И когда кончилось празднество, поехал царь со всем своим двором провожать дочь до границы ее нового царства. Одна только меньшая царевна осталась дома. Фэт-Фрумос, садовый работник, видя, что и главный садовник уехал вместе с царской свитой, кликнул коня и сел на него верхом. Потом достал из узла, взятого у волшебниц, платье - как цветы на лугу, надел его и, когда распустил золотые кудри по плечам, давай носиться по саду из конца в конец. И не заметил он, что царская дочь смотрит на него в окошко,- ее покои как раз в сад выходили. Фэт-Фрумос со своим конем вытоптал весь сад, а потом увидел, каких бед натворил своими забавами, слез с коня, надел прежнюю одежду и стал исправлять то, что напортил.

Когда садовник вернулся домой и увидел, что сад погублен, за голову схватился. Стал он бранить работника, что за садом не усмотрел, да так разозлился, что чуть не побил его.

Но царская дочь видела все, постучала в окошко и попросила садовника прислать ей цветов. Садовник как-то умудрился насобирать кое-где цветочков, связал их и послал младшей царевне. А она, когда получила цветы, отсыпала ему горсть золотых монет и передала наказ не трогать беднягу работника. Обрадовался садовник такому славному подарку, расстарался и за три недели насадил сад в прежнем виде, словно ничего с ним и не было.

Спустя некоторое время средняя царская дочь тоже выбрала себе жениха. Свадьбу сыграли, как и старшей сестре, а после празднества проводили и среднюю дочь до границ ее царства. Но меньшая царевна не поехала, сидела дома, сказавшись на этот раз больной. Фэт-Фрумос, только остался один, тоже вздумал повеселиться наравне с другими придворными слугами. Но иной забавы, кроме скакуна, у него не было. Вот и кликнул он коня, надел другое платье - как звезды на небе, распустил кудри по плечам, сел верхом и вытоптал весь сад. Когда же заметил, что опять все с землей сровнял, надел свою убогую одежду и с плачем стал налаживать то, что натворил. Как и в первый раз, хотел было садовник поколотить работника, да меньшая царевна вступилась, попросила цветов и отсыпала ему две горсти золотых монет. Опять принялся садовник за работу и развел сад за четыре недели.

Устроил царь большую охоту и, потому как избежал он тогда неминуемой гибели, построил в лесу беседку и созвал всех бояр и придворных слуг на богатый пир, отпраздновать свое спасение. Все придворные прибыли по царскому зову, одна только царевна осталась дома.

Фэт-Фрумос, как увидел, что нет никого, кликнул коня и вздумал позабавиться, надел платье - солнце на груди, месяц на спине, звезды на плечах,- распустил золотые кудри, сел верхом на коня и погнал его вскачь по саду, так что сад уж ничем не поправить. Когда взглянул, что натворил, запричитал, живо надел свою прежнюю одежду, а сам и не знает, с какого конца за работу приняться. Разъярился садовник, когда пришел и увидел такое разорение. Но только собрался он вздуть работника, что за садом не усмотрел, царская дочь опять постучала в окошко и попросила цветов.

Садовник туда-сюда, обшарил все как есть, нашел два цветочка, чудом уцелевших от копыт крылатого коня, и отослал их царевне. А она приказала простить беднягу работника и за это отсыпала три горсти золотых монет.

Забеспокоился царь, видя, что дочь его все невеселая. Она даже из покоев своих выходить не желала. Решил он выдать ее замуж и стал нахваливать разных царевичей и боярских сыновей. Но она ни о ком и слышать не желала. Видя такое дело, царь созвал советников и бояр и спросил их, как быть.

Те ему и ответили:

- Надо построить беседку и под ней дверцу. Пусть в нее пройдут все царевичи и боярские сыновья, и кого царевна выберет, пусть бросит в него золотым яблоком. Вот за того царь и отдаст ее.

Так и сделали. Полетели гонцы во все концы с вестью о том, чтобы по царскому веленью явились все, и стар и млад, и прошли через дверцу. Все прошли, но царевна ни в одного не бросила яблоком. Многие так и подумали, что не желает она замуж. Но один старый боярин посоветовал, чтобы все придворные слуги прошли. Вот прошел садовник, главный повар, главный стражник, все слуги, кучера и работники, но все напрасно, ни в одного царевна не бросила яблоком. Тогда стали спрашивать, не остался ли еще кто, и узнали, что не проходил один только плешивый работник сада.

- Пусть и он пройдет! - сказал царь.

Тогда позвали плешивого работника и велели ему пройти. Он не хотел идти, а когда его заставили, прошел; Царевна-то и бросила в него яблоком! Работник бежать да кричать, ему-де голову проломили. Царь видит такое дело и говорит:

- Быть того не может! Не поверю, чтобы моя дочь выбрала плешивого!

Конечно, не желал он отдать свою дочь за работника, хоть она и бросила в того яблоком.

Тогда заставили всех второй раз пройти. И во второй раз царевна бросила яблоком в плешивого, а он опять убежал, схватившись за голову. Царь очень опечалился и снова не сдержал своего слова, велел всем в третий раз проходить.

Как увидел царь, что и в третий раз бросила она яблоком в плешивого, внял своим советникам и выдал за работника свою дочь.

Свадьбу сыграли тихо, а потом царь прогнал их обоих, не пожелав с ними знаться к сноситься, и только уж скрепя сердце пустил их жить на царский двор. Отвели им лачугу в самом конце двора, а работника сделали дворовым водовозом. Все царские слуги насмехались над ним и всякий мусор к его лачуге сваливали. Зато крылатый конь доставил молодым такие сокровища, какие только на свете есть. В царских палатах того не было, что они у себя в лачуге имели.

Царские сыновья, которые сватали меньшую царевну, разобиделись, что опозорила их царевна, выбрав плешивого, и сговорились между собой пойти на царя войной. Сильно загоревал царь, услышав о таком решении своих соседей. Но что делать? Надо готовиться к войне, никуда не денешься.

Оба царских зятя собрали свои войска и пришли ему на подмогу. Фэт-Фрумос послал свою жену попросить у царя позволения тоже пойти на войну. Но царь прогнал ее и сказал:

- Ступай прочь, неразумная! По твоей вине смущают мой покой. И видеть вас обоих не желаю, нечестивцы!

Однако после долгих просьб царь смилостивился и позволил младшему зятю воду для войска возить. Затем снарядились все и двинулись.

Фэт-Фрумос в убогом своем платье, верхом на захудалой кляче заехал вперед. Войско настигло его возле трясины, где его лошаденка увязла, а он все силился вытянуть ее - то за хвост тащит, то за голову, то за ноги. Посмеялись над ним и войска, и царь со старшими зятьями и поехали вперед. А когда пропали они из виду, Фэт-Фрумос вытащил клячу из трясины, кликнул своего коня, надел платье - как цветы на лугу, и отправился на поле брани. Прибыл туда, поднялся на ближнюю гору посмотреть, какая сторона сильнее. Сошлись войска и схватились в битве, а Фэт-Фрумос, видя, что вражеское войско силой больше, ринулся на него с горной вершины, завертелся вихрем в самой гуще войска с палашом в руке и ну рубить направо и налево.

И такого нагнал он страху своим пылом, блеском платья и полетом коня, что все вражье войско бросилось врассыпную, кто куда. А царь, увидев такое чудо, возблагодарил Господа за то, что послал на подмогу ангела, который избавил его от гибели, и, довольный, направился домой.

По дороге опять им попался Фэт-Фрумос, переодетый в работника, он все силился вытащить клячу из трясины. Тут на радостях царь приказал:

- Подите-ка вытащите горемыку из болота!

Не успели толком отдохнуть, дошла до царя весть, что враги идут на него с еще большим войском. Приготовился он к войне и отправился им навстречу. Фэт-Фрумос опять попросился со всеми, и опять его обругали. Но как только он добился разрешения, тронулся на своей кляче. И на этот раз посмеялись и потешились над ним, когда увидели, что снова он увяз и никак не вытянет клячу из болота. Оставили его позади, но он и теперь раньше их прибыл на поле боя, обернувшись Фэт-Фрумосом, верхом на крылатом коне, одетым в платье - как звезды на небе.

Войска ударили в литавры и в зурны и сошлись. А Фэт-Фрумос, видя, что враги сильнее, устремился с горы и обратил их в бегство. Царь опять повеселел и повернул домой, возблагодарив Господа за помощь, и снова приказал воинам вытащить из болота горемыку водовоза. Опять у него отлегло от сердца после победы.

Закручинился, загоревал царь, когда услышал, что враги в третий раз двинули войско, еще больше числом, чем прежде, подступили они к границам его царства, и столько их было, как травы в поле, как листьев в лесу. Расплакался царь так, что не приведи Бог, и плакал он до тех пор, пока глазами не ослаб. Потом стянул свои войска и двинулся в бой, уповая на Господа Бога.

Отправился Фэт-Фрумос на водовозной кляче. А когда войско прошло мимо, посмеявшись над ним, что не может он вытянуть клячу из болота, надел он платье - солнце на груди, месяц на спине, звезды на плечах,- распустил золотые кудри, сел верхом на коня и в один миг очутился на горе, где и стал дожидаться, что-то будет.

Сошлись войска с трех сторон. Бились ретивые воины безо всякой пощады. А когда день стал клониться к вечеру и увидел Фэт-Фрумос, что вражеское войско одолевает царское, ринулся он с горы, словно молния, врезался в самую гущу, устрашились тогда враги и дрогнули. Рассыпались, как вспугнутые воробьи с конопли, и побежали сломя голову. Фэт-Фрумос гнался за ними по пятам и косил, как траву. Царь увидел у него кровь на руке - а это Фэт-Фрумос сам поранился - и дал ему свой платок перевязать руку. А потом, когда миновала опасность, все направились домой.

По дороге они увидели Фэт-Фрумоса в болоте и опять его вытащили.

Только прибыли домой, заболел царь и ослеп. Призывали к нему всех лекарей и всех мудрецов-звездочетов, но никто царю не помог.

Однажды пробудился царь ото сна и рассказывает, что явился к нему старец и сказал, что если испить молока дикой красной козы и омыть им глаза, то вернется к нему зрение.

Услышали про это два старших зятя и отправились на поиски, а младшего не только не позвали с собой, но даже не позволили вместе с ними поехать. Но Фэт-Фрумос кликнул своего коня и поехал на нем во мхи и болота. Отыскал он стадо диких коз, подоил их, а на обратном пути надел пастушечье платье и зашел наперед свояков с полным кувшином молока, только молоко-то было овечье. Свояки его спрашивают:

- Не молоко ли у тебя в кувшине?

А он им и говорит:

- Да.

Прикинулся, будто вовсе не знает их и будто несет молоко царю, которому приснилось во сне, что вернется к нему зрение, если омыть глаза козьим молоком.

Свояки предложили ему денег за молоко. Но пастух ответил, что молоко не продажное. А если хотят получить они молоко дикой красной козы, то пусть назовутся его рабами, а он им поставит на спину свою печать. Хоть, мол, навряд ли он с ними встретится.

Свояки рассудили, что если они сами цари и царские зятья, то им все нипочем, потому и позволили поставить себе на спины печать, взяли кувшин у него и пошли. А по дороге говорят между собой:

- Если этот дурень попробует что сказать, мы объявим, что он не в своем уме, и все равно нам больше поверят, чем ему.

Вернулись они, значит, к царю, отдали ему молоко, омыл он глаза, испил того молока, и ничуть ему не помогло. Тогда приходит к царю младшая дочь и говорит:

- Батюшка, вот молоко, его добыл мой муж, омой им глаза, прошу тебя.

А царь ей отвечает:

- Какими такими подвигами отличился твой безмозглый муженек? Можно ли ждать от него проку? Старшие мои зятья и то не смогли ничего сделать, а они вон как выручили меня на войне. Где ему, бедолаге, мне помочь? И потом, я же говорил вам, чтобы вы не смели являться ко мне! Как ты дерзнула ослушаться моего приказа?

- Я согласна на любое наказание, батюшка, только прошу, омой глаза молоком, что тебе посылает твой покорный слуга.

Царь, видя, что дочь так сильно упрашивает, смягчился и взял молоко, которое она принесла, а потом омыл им глаза один день, другой и, к великому удивлению, почувствовал, что начинает видеть, словно сквозь сито. А когда омыл и на третий день, то стал видеть совсем хорошо. После исцеления задал пир всем боярам и царским советникам и по их просьбе позвал и Фэт-Фрумоса и посадил его в конец стола. Когда гости веселились и угощались, поднялся с места Фэт-Фрумос и, спросив царского позволения, сказал:

- Великий государь, могут ли рабы сидеть за столом вместе со своим господином?

- Никак нет,- ответил царь.

- Тогда, если так и коль ты слывешь человеком справедливым, яви и мне справедливость и прикажи встать двоим из гостей, что сидят по правую и по левую руку твоего величества, они мои рабы.

А если не веришь мне, посмотри сам и увидишь, что на спинах у них моя печать.

Услыхали это царские зятья, обмерли со страху и повинились во всем. Сразу велели им выйти из-за стола, и остались они стоять.

А под конец пиршества Фэт-Фрумос вынул платок, который вручил ему царь на поле боя.

- Как это мой платок попал к тебе в руки? - спросил царь.- Я давал его ангелу Господню, который нам помог на войне.

- Нет, великий царь, ты мне его дал.

- Ну, если так, значит, ты помогал нам?

- Да, великий государь.

- Не поверю,- сразу сказал царь,- если ты не покажешься в том самом виде.

Встал он тогда из-за стола и надел самое лучшее платье, распустил кудри по плечам, а затем предстал перед царем и перед всеми гостями. Как увидели его гости, сразу повскакивали с мест и удивились безмерно: Фэт-Фрумос был таким молодцом и таким красавцем, что на него, как на солнце, во все глаза не глянешь - ослепит.

Похвалил царь свою дочь за хороший выбор, потом сошел с царского трона и возвел на него своего зятя Фэт-Фрумоса. А он первым делом отпустил свояков и после того был устроен большой и славный пир.

Был и я на том пиру, колол вертелом дрова, носил воду решетом, шутки подсыпал ведром. Меня щедро наградили: дали пирожка кусок с воробьиный носок да сто сот тумаков- по вине говорунов.



На главную - Румынские сказки - Фэт-Фрумос Золотые Кудри

Возможно вам будет интересно